English


О милосердии



Каждый милосердный поступок — это ступень лестницы, ведущей к небесам.

Бигер Г.


Сегодня:




Праздник:


Пост:

 

Трапеза:

Святые:

Евангельские чтения дня:


Икона дня:

Новости


Новости

О наших сестрах. Анна Владимировна

На страницах нашего сайта мы продолжаем рассказывать о сестрах милосердия. Кто они, что ими движет, и как они сами воспринимают свое служение? Анна Владимировна в Обители более 6-ти лет. Жизнь при храме - весьма насыщенная, и сестра в это время проходит через трудности, искушения и старается с Божией помощью расти и развиваться. Раньше Анна Владимировна была дежурной сестрой, а не так давно батюшка благословил ей еще одно послушание — работу с добровольцами. Кроме того, Анна Владимировна — это «голос» Обители, наш диспетчер. Как все успеть? Наша подопечная Лия Арестова побеседовала с Анной:

- В детстве я мечтала стать художником. Я с четырех лет рисую. Ходила в художественную школу, потом училась в архитектурном институте. Думала, что буду художником, архитектором, выучилась. Но потом поняла, что все-таки эта профессия мне не близка. Она взращивала не самые лучшие стороны души, поэтому как-то не сложилось. Но рисовать я продолжаю, это мое хобби, вдохновение, просто более осознанное.

Я сначала была добровольцем благотворительного фонда «Старость в радость». Приходила в Обитель, помогала мыть полы, прибираться, потом мне стали доверять кормить бабушек. Со временем батюшка благословил выходить в смены. Ходила, помогала, потом постепенно стало приходить понимание, что, наверное, это дело, которым стоит заниматься. Надо больше посвящать этому времени, чем я посвящаю. Может быть, даже всю жизнь. Эти мысли вызревали. Я общалась с батюшкой, общалась с сестрами, потом батюшка благословил. На тот момент я совмещала мирскую работу в институте и служение здесь, в Обители. И еще через полгода меня посвятили в сестры милосердия.

Это оказался очень непростой труд, в первую очередь - работа над собой. Вообще, когда я пришла первый раз и посмотрела, как трудятся сестры милосердия, я подумала что это просто небожители. Когда пришлось оказаться самой на месте сестры, я поняла, что все очень далеко от идеала…

Первый день у меня был необычный, потому что в этот день пришла делегация из двадцати или тридцати священников. Они ходили по коридорам, я их испугалась, спряталась в свободной комнате. Так все и началось…

Сестра милосердия не только ухаживает, она еще и словом «лечит», руками «лечит», не имея, может быть, медицинского образования. Принимает участие, проявляет интерес к жизни того человека, с кем ей пришлось столкнуться. У меня слово «милосердие», в первую очередь, ассоциируется с Елизаветой Федоровной. С ее отношением к жизни, к людям, ко всему живому. А обычная медицинская сестра выполняет манипуляции, которые ей предназначены. Ей совершенно не обязательно общаться с тем человеком, за которым она ухаживает, интересоваться его чувствами, мыслями, его жизнью.

Служение - это образ жизни сестры милосердия. До служения ближнему надо «дозреть». Это осознанное состояние, осознанный труд, к которому ты готовишься. Служение - это труд безвозмездный. Ты не ожидаешь за него ни материального вознаграждения, ни благодарности. Ты понимаешь, что это чувство долга перед Богом.

Сестра милосердия должна обладать большим терпением, строгостью к себе, верой и упованием на Бога. После этого будет та Любовь, которая сможет все трудности преодолеть, со всеми ситуациями в Обители справиться, всех полюбить, всех «принять». Всем оказать то внимание и заботу, которая нужна.

Я поняла, что доброй быть сложно, что этого нужно достигать. Было бы хорошо, если бы мое поведение по мере работы в Обители поменялось.

Мы не ожидали, что нас посвятят в сестры. Почему говорю «мы», потому что в тот день посвятили сразу, наверное, десять сестер. Мы об этом мечтали, к этому стремились, но не ожидали, что это будет так быстро. Конечно, это трепет, конечно, радость. Безусловно, очень много вопросов: «А что теперь, а как изменится моя жизнь?». Это же не может пройти бесследно? Это же должно как-то отобразиться на моей повседневной жизни, на моем внутреннем состоянии. Это большая ответственность. Огромная благодарность батюшке за такое доверие, которое, я думаю, нужно оправдывать.

Самая большая трудность - это найти общий язык с подопечными, потому что все люди очень разные по своему характеру, по своей жизни, приходят с очень разными проблемами: нравственными, душевными, физическими. И это сказывается на их настроении, общении и на просьбах. Самое трудное - это найти подход и подружиться.

Трудно с тем подопечным, которому не знаешь, как помочь. Когда видишь, что человеку плохо, и не знаешь, чем ты можешь облегчить его состояние. Когда у тебя не хватает, может быть, не столько медицинских знаний, сколько душевных сил, какого-то разума, чтобы с человеком побыть и ему объяснить, и как-то разделить с ним ту трудность, которую он сейчас преодолевает.

Очень важно вовремя заметить, что человек «уходит». У нас подопечных много и график очень насыщенный. Очень важно побыть с ним, чтобы ему не было так страшно. Я совсем недавно услышала в передаче протоиерея Андрея Ткачева такую фразу, что каждый умирающий отнимает от нас часть суеты, в которой мы все время находимся. Он помогает нам остановиться и подумать. Как-то осмыслить, - и мы уже немножко замедляемся, а не со скоростью света несемся.

Мне очень запомнилась баба Дусечка – наша Евдокия Карпеевна. Мы с ней подружились. Это был очень терпеливый человек, открытый, эмоциональный, дружелюбный. Ее любили все. У нее были разные состояния в силу ее заболевания здоровья. Все очень хотели окружить ее вниманием, как-то позаботиться.

Сейчас мои родные относятся хорошо к тому, что я здесь работаю. Но сначала им было непонятно, они не сразу приняли мое решение. Постепенно привыкли, с пониманием относятся теперь. Ну, что предпринимать тут? Надо как-то собрать «волю в кулак», постараться к Богу обратиться.

Я раньше записывала за нашими подопечными, что они говорят. Баба Дуся была слепая. Решили попробовать, чтобы баба Дуся самостоятельно покушала.
- Баба Дуся, держи: это чашка, это ложка, кушай!
- Поняла.
И начинает уверенно и с удовольствием наворачивать. Когда закончила, протягивает тарелку и спрашивает:
- Все?
- Все. Теперь дальше. Вот тарелка и пирожок. Вот кружка.
- Хорошо. – Так же удачно справляется. Хохочет и снова спрашивает:
- Все?
- Все-все. Ты моя умничка! Теперь сама будешь кушать?
- Конечно. Давно пора.

Я бы посоветовала начинающей сестре не брать дел выше своих сил. Все делать постепенно, не больше того, чем она может сделать. Потому что можно очень быстро «перегореть» и не суметь пронести трепет, тот огонек, который бывает в самом начале служения.


Назад